В дремучих лесах Руси, где сосны шепчутся с неоновыми вывесками, жил богатырь не совсем обычный. Звали его Киберслав, и текла в его жилах и кровь человеческая, и что-то иное — от машин. Вместо лат на нём — тихо жужжащий экзоскелет, а в руке сжимал он не просто меч, а клинок из сгущённой энергии.
Беда пришла в княжий терем: кто-то жестоко расправился с семьёй правителя. Никто не знал, за что. Киберслав, с его зорким кибернетическим глазом и старыми, как мир, инстинктами, взялся за след. Он шагал по улочкам, где бревенчатые избы стояли рядом с башнями из голографического стекла, и всматривался в лица.
Злоба клокотала в простом народе, измученном поборами. Шептались, что князья стали жадными и глухими к чужим бедам. Но из чащи, от древних болот, тянулся и другой, липкий страх. Там, в тенях под кронами, шевелилось Нечто — нежить старая, но научившаяся обходить новые ловушки и прятаться от лучей сканеров.
Киберслав понимал: чтобы докопаться до правды, нужно узнать не просто "кто", а "почему". Кому мешали князь с семьёй? Тому, кто хотел поднять народный бунт, используя старую ненависть? Или тем тварям из леса, для которых люди, обвешанные технологиями, стали лишь новой добычей? Каждый шаг, каждый найденный след — обломок имплантата рядом с когтем, выжженная плазмой порча на стене — вёл его глубже в сердце этой странной, двойной тайны.
